Ага.
– Каждая женщина-врач видит в беременной самку, которая потенциально могла быть оплодотворена мужем женщины-врача, – заявила эта леди нашей Татьяне, – поэтому мне нужен нормальный и непредвзятый мужчина-врач.
Татьяна у нас за словом в карман не лезет, но от такого даже она опешила. «Девочку» сопроводили к «нормальному и непредвзятому» Анатолию, но она его забраковала, «потому что он Весы по гороскопу, а я всегда с Весами в контрах». Потом она посетила шестидесятилетнюю Марию Сергеевну, которую трудно заподозрить в ревности к беременным, но та оказалась «слишком какой-то безучастной».
И вот «девочка» здесь.
– Знаете, что, – говорит, – мы с мужем начинаем склоняться к тому, чтобы вообще не становиться на учет.
– А кто вам будет давать направление на анализы?
– Без анализов обойдемся.
– Но это единственный способ выявить целый ряд проблем, которые невозможно диагностировать без…
– Ой, ну что вы. С нашим ребенком всё будет в порядке!
Вот что ты будешь делать с ними? Почему, к примеру, на повара людей учат три года, а на родителей не учат вообще?
– А больничный, а обменная карта для роддома?
– Я не работаю. А рожать можно и дома, – добивает меня «девочка». – В ванной. Мои знакомые так делали. Дважды. И ничего. И никакой возни с консультациями, анализами, осмотрами…
– Вы думаете, мы делаем это для собственного удовольствия?
– Наверное, – морщит носик, – вам же нужно как-то оправдывать раздутый штат.
Нет, всё, мне нужны розги в кабинете!
– В вашем организме около пяти литров крови, – говорю я. – А скорость кровотока через фетоплацентарный комплекс в конце беременности достигает 800 миллилитров в минуту.
– И что? – часто моргает «девочка».
– А то, что именно с такой скоростью роженицы теряют кровь в случае полной отслойки плаценты. В стационаре мы можем решить этот вопрос, а кто вам решит его дома в ванной? Никто ведь не гарантирует, что в родах не возникнет этой или другой нештатной ситуации. Да и со штатной неспециалист не справится. Кто будет принимать у вас роды дома?
– Муж. И сестра.
– Они акушеры?
– Нет, но… подумаешь, какая сложность! Раньше в поле рожали!
– Рожали, – я уже закипаю, – потому что выбора не было! А сколько детей и матерей при этом умирали?
Молчит, думает.
– Пособие вам тоже не нужно? – с улыбкой аспида спрашиваю я.
Глаза у пациентки начинают бегать, и выглядит это очень смешно. Хотя и грустно. Ведь у неё ребенок будет через… через сколько, кстати?
– Какой у вас срок?
– Срок?
– Срок беременности. Сколько недель?
– О, – «девочка» поднимает взгляд к потолку, шевелит губами. – Недели две, наверное.
– ЧТО?!
– Ну, – она надувает губки, – мы вообще не планировали детей, но у нас порвался презерватив, так что теперь нужно что-то решать. А может, и нет. Может, я вообще рожать не буду.
Я подвергаю цензуре первые три своих ответа и очень вежливо интересуюсь:
– Зачем же вы с вашей тетей так придирчиво выбираете врача уже сейчас?
– Ну, я просто сказала родителям, что беременна, и они попросили тетю помочь. А что?
– Нет, ничего! Ничего!
Вожделенный отпуск, приди скорее! Прекрасные Карпаты очень-очень ждут меня, и мне очень-очень пора восстановить свою истерзанную нервную систему!